Эротика в искусстве Вакханка. Французская литография Виккарио. Сластолюбивый фавн Гравюра. Шабаш ведьм

Галле. Марс и Венера. Галантная гравюра.

Мы подходим теперь к проблеме великих эпох искусства и в качестве образца возьмем Ренессанс, — разумеется, лишь в форме общего явления. Если мы к этой могущественнейшей эпохе, какую только знает история европейского развития после античной древности, приложим все то, что мы говорили выше относительно сущности революции, то она станет нам понятной во всех частях и деталях.

Т. Роулендсон. Эскиз для бокала. 1790. Г. Ульрих.

Крестьянин и сластолюбивая госпожа.

Супружеская любовь. Символическая итальянская гравюра

Только в этой основной черте и заключается художественное единство эпохи и ее резкое отличие от средневекового искусства

И. Матам. В женском доме . Гравюра.

Рембрандт. Адам и Ева. Офорт. 1638.

Обо всем этом ясно свидетельствует голландское искусство того времени. Как в его общем развитии, так и в отдельных образцах творчества находит выражение эта единообразная экономическая ситуация.

И. Саделер. Радости Вакха, Цереры и Венеры.

А. Виккарио. Сластолюбивый фавн. 1604.

Т. Роулендсон. Эскиз для вазы. 1790.

Начало Ренессанса относят обыкновенно к середине XV столетия. К этому времени новые формы искусства настолько уже определились, что мы имеем полную возможность разграничить средневековое и новое искусство. Это период раннего Ренессанса. Кульминационная точка развития эпохи, период так называемого расцвета Ренессанса, относится к 1490—1530 годам. В эти четыре десятилетия жили и творили наикрупнейшие мастера эпохи. Поздний Ренессанс и конец его, — за исключением голландской стадии, блестящим завершением которой были Рембрандт и Хале, — имели место полстолетия спустя.

Таков также и круг новой экономической эпохи, которая наступила в то время в европейской истории. В середине XV столетия началась революционная эпоха новых экономических сил, началась последняя решительная борьба между исторически изжитым натуральным хозяйством и новыми силами денежного хозяйства, а вместе с тем и неудержимое победоносное шествие последних через весь культурный мир.

Это знаменовало собой величайшую, могущественнейшую и глубочайшую экономическую революцию, которую вообще знала история Европы не только до того времени, но и вплоть до наших дней. На сцену выступил совершенно новый принцип. Дело шло на этот раз не о каких-либо коррективах и не об устранении каких-либо досадных эстетических погрешностей в старом общественном строе, — все европейское культурное человечество было перенесено сразу на новую почву, — на почву с совершенно новыми жизненными условиями и новыми законами. Родился капитализм. Всем формам организации средневековья был произнесен тем самым неумолимый смертный приговор, — все они были обречены на уничтожение, и все были уже на пути к этому. Но устранение старых сил отнюдь не было покорным самоотречением, наоборот, в страшной борьбе пришлось новому времени прокладывать себе дорогу. И вот в силу исторической логики все в эту эпоху подвергалось революционизированию. Возникли и образовались новые классы. Из городского сословия выделилась кверху буржуазия, а книзу пролетариат. И самое главное: имущие и неимущие разделились на два резко отграниченных друг от друга класса и стали носителями новых экономических тенденций и новой экономической борьбы. Классовые противоречия породили классовую борьбу. И классовая борьба возгорелась по всей линии. И притом не только между новыми силами, но и между старыми и новыми; старые силы вступали в союз то с той, то с другой группой новых, смотря по тому, какие наиболее соответствовали их интересам в каждый данный момент. В Германии, например, мелкая земельная аристократия повела решительную борьбу с возвышавшейся княжеской властью. В этой борьбе пала аристократия, так как исторически она уже была изжитым элементом.


Гравюры